Пять основателей о грани банкротства

Вопрос намеренно неудобный. Какой момент был самым страшным за всю историю компании, и как вы из него вышли? Пять основателей из разных сегментов российского рынка ответили без прикрас. Это не биографии и не бизнес-кейсы, а моментальные снимки решений, принятых под давлением.

Игорь Стоянов, «Персона»: клиенты ушли в дисконт

Имидж-лабораториям «Персона» больше двадцати лет. Игорь Стоянов в интервью «Т-Бизнес секреты» говорит, что самым тяжелым периодом считает не пандемию и не 2022 год. Хуже было, когда премиальный сегмент бьюти-услуг начал резко сжиматься. Клиенты, которые раньше записывались на полный сервис, стали приходить только на стрижку или только на окрашивание. Средний чек просел почти вдвое.

Стоянов пересобрал модель обслуживания. Ввел формат пакетных услуг и персональных консультаций. Мастер теперь сопровождает клиента между визитами через мессенджеры. Именно этот ход вернул лояльность аудитории, которая не хотела платить за полный визит, но готова была платить за постоянное внимание.

Алексей Репик, «Р-Фарм»: уйти из операционки

Фармацевтическая компания «Р-Фарм» готовилась к IPO с оценкой около 12 миллиардов долларов. Алексей Репик в интервью «Снобу» рассказывает, что страшным моментом был не выход на биржу. Страшнее оказалось передать оперативное управление команде и перейти в инвестиционный режим.

Предприниматель десятилетиями привык принимать решения сам. Делегирование оказалось психологически сложнее любых переговоров с регуляторами. Нишевые компании с историей в двадцать с лишним лет особенно тяжело расстаются с моделью «основатель решает все». Выходом стали прозрачные метрики для команды и еженедельные стратегические сессии вместо ежедневных оперативных созвонов.

Алексей Морозов, тревел-платформы: выручка упала на порядок

Тревел-платформы Алексея Морозова с ежемесячной аудиторией больше миллиона запросов столкнулись с почти полным остановом продаж. Выручка за несколько недель упала на порядок. Фиксированные расходы на инфраструктуру остались прежними. Морозов в «Комсомольской правде» формулирует жесткий принцип: помощи ждать не надо.

Команда за месяц перестроила продуктовую линейку под внутренние направления. Запустила партнерские программы с региональными туроператорами. Прежние объемы сразу не вернулись, но денежного потока хватило, чтобы не увольнять ключевых сотрудников.

Ресторанный кризис 2026

Волна закрытий в ресторанном бизнесе. Основатели заведений в видеоматериале на Rutube рассказывают, что самым страшным оказалось не падение трафика. Хуже был одновременный рост стоимости продуктов и арендных ставок. Средний чек поднять не получалось: гости голосовали ногами.

Выжили те, кто упростил меню до 15-20 позиций. Отказался от сложных заготовок. Перевел часть залов в формат винных баров с высокой маржой на напитки. Нишевое решение оказалось эффективнее маркетинговых акций.

DDX Fitness: страшный момент — это рост

Самый тревожный эпизод не всегда связан с падением. Иван Ситников, основатель сети DDX Fitness, в интервью на VK Видео рассказывает, что страшнее всего было открывать первые клубы в модели, которой в России еще не существовало. Доступный фитнес с подпиской казался инвесторам слишком рискованным. Банки отказывали в кредитовании.

Решение пришло через собственное финансирование первых точек и публичную демонстрацию юнит-экономики.

Дмитрий Фомин, «Клиника Фомина»: диверсификация в ветеринарию

Дмитрий Фомин из сети медицинских клиник в «Ведомостях» рассказывает о диверсификации в ветеринарный бизнес под брендом «Розовая коза» и консолидации активов семи столичных клиник «ЗооПорт». Самым сложным оказалось признание, что медицинская модель плохо переносится на зоосегмент без серьезной переработки процессов.

Что общего у этих историй

Самый страшный момент почти никогда не совпадает с внешним кризисом. Обычно это внутреннее решение: отказаться от привычной модели, делегировать, закрыть убыточное направление или войти в новую нишу. Именно такие решения предприниматели называют точками, после которых компания либо становилась сильнее, либо переставала существовать.